Кто ответит за этот беспредел? Погиб ребёнок, изъятый ювенальными службами (2 фото). Погиб малыш


Кто ответит за смерть Ярика? — В Перми погиб ребёнок, изъятый ювенальными службами (2 фото)

В начале августа этого года 35-летняя жительница города Добрянки многодетная мать Надежда Сырчикова на сутки оставила двух своих маленьких, но отнюдь уже не грудных детей, на попечение их старшему 16-летнему брату. По словам очевидцев, детки всегда были чистенькие и сытые.

На беду информация о детях без матери просочилась органам опеки краевого министерства соцразвития. Ювенальщики послали полицию, та забрала детей и сдала их по акту в районную детскую больницу.

Несколько дней опека, хозяйничающая в пермских медучреждениях как у себя дома, продержала мальчика и девочку в инфекционном отделении, присматриваясь к ним. «Мама! Мама! Где наша мама?!» — плакали испуганные дети. А затем опека не дрогнувшей рукой разлучила очень дружных между собой брата с сестрой — погодков. Как оказалось, навсегда. Рассказывают, что оба ребёнка рыдали при этом навзрыд. 2-летнюю Юлю положили в этой же больнице на так называемую социальную койку. Медперсонал рассказывает, что там девочка лежала и бесконечно скулила: «Ярик… мама… Ярик… мама…». А 3-летнего Ярослава, похожего, по всеобщему мнению, на ангелочка, отправили в печально известный Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей, структуру все того же краевого минсоцразвития. Там мальчика определили на временную опеку в посёлок Камский, в так называемую семейно-воспитательную группу, попросту говоря, в приют.

В это время мать обивала пороги районного управления минсоцразвития, прося вернуть её детей. И через месяц получила из больницы дочку. Трижды писала заявления о возвращении Ярика, послушно выполнила все требования: прошла с Юлей комиссию для детского сада, отдала девочку в садик, устроилась на официальную постоянную работу, нашла соответствующее требованиям опеки жильё… Но мальчика матери не возвращали. Очевидно, в отношении него уже действовали некие иные «ювенальные соображения».

В начале декабря у Ярика в семейно-воспитательной группе каким-то образом оказалась сломана рука. Говорят, это заметили не сразу: ну, жалуется, ну, поболит и перестанет… Через несколько дней ребёнка всё же привезли в больницу, и там врач диагностировал — ну надо же! — перелом. Рассказывают, что доктора рекомендовали положить мальчика на лечение в сопровождении взрослого, тем более, что у малыша параллельно обнаружилось ОРВИ. Однако, кому же тогда сидеть с другими детьми в «семейно-воспитательной группе», где их почти десяток… Уговорили наложить гипс и увезли Ярика назад в Камский.

А дальше ему постепенно становилось всё хуже и хуже. Ярика лечили чем-то, давали какие-то таблетки… Они отчего-то не помогали… Малыш температурил и слабел, и звал сестру и маму… Наконец, 11 декабря воспитатели вызвали «Скорую», которая, увидев состояние Ярика, срочно увезла его в Пермь, в детскую краевую больницу. Мальчика тут же поместили в реанимацию. В лёгких была жидкость, вскоре он перестал дышать, и в тот же день его подключили к аппарату искусственной вентиляции лёгких.

16 декабря Ярик умер, прожив на этом свете 3 года и 8 месяцев. Причиной смерти стал запущенный остеомиелит, то есть гнойно-некротическое воспаление кости и костного мозга, двустороннее воспаление легких и абсцесс.

«Сейчас специалисты разбираются, почему это произошло, и можно ли было это предотвратить», — сообщил краевой министр здравоохранения Дмитрий Матвеев.

«Неприятненько», — сказал в ответ на страшную новость высокий чиновник минсоцразвития Пермского края. Ну ещё бы! Ведь уже на 20 декабря было назначено заседание министерского опекунского совета, где планировалось обсудить лишение Надежды Сырчиковой родительских прав и окончательное изъятие у неё ребёнка.

А сейчас важная деталь. На протяжении последних недель жизни Ярика, прошедших в приюте в посёлке Камский, приют регулярно посещала с проверками служба опеки минсоцразвития. Та самая, что строго стоит на страже прав ребёнка и изымает детей во множестве за недостаток мясных продуктов в морозильной камере холодильника и за печное отопление в доме. Только то, что отнятый у матери бедный мальчик медленно умирал у них под носом, в их собственном учреждении, от сжигающей его изнутри гнойной инфекции опека не заметила.

Почему жизнь мальчика оборвалась, и кто в этом виновен, в краевом минсоцразвития пояснить не смогли. «Но мы выразили матери свои соболезнования!» — заверили в пресс-службе министерства.

fishki.net

Кто ответит за этот беспредел? Погиб ребёнок, изъятый ювенальными службами

От этой только что разыгравшейся в Пермском крае трагедии все люди, знакомые с проблемой изъятия детей органами опеки, скрепят зубами и сыплют проклятиями, а знавшие семью и ребёнка женщины не могут сдержать слёз. Но мы не будем скрипеть зубами, а просто расскажем всё, как было. Потому что факты в этой истории говорят сами за себя.

В начале августа этого года 35-летняя жительница города Добрянки многодетная мать Надежда Сырчикова на сутки оставила двух своих маленьких, но отнюдь уже не грудных детей, на попечение их старшему 16-летнему брату. По словам очевидцев, детки всегда были чистенькие и сытые, хотя у малышей нет официально признанного отца, а родной отец злоупотребляет алкоголем, и семья числилась в группе риска.

На беду информация о детях без матери просочилась органам опеки краевого министерства соцразвития. Ювенальщики послали полицию, та забрала детей и сдала их по акту в районную детскую больницу.

Несколько дней опека, хозяйничающая в пермских медучреждениях как у себя дома, продержала мальчика и девочку в инфекционном отделении, присматриваясь к ним. «Мама! Мама! Где наша мама?!» — плакали испуганные дети. А затем опека не дрогнувшей рукой разлучила очень дружных между собой брата с сестрой — погодков. Как оказалось, навсегда. Рассказывают, что оба ребёнка рыдали при этом навзрыд. 2-летнюю Юлю положили в этой же больнице на так называемую социальную койку. Медперсонал рассказывает, что там девочка лежала и бесконечно скулила: «Ярик… мама… Ярик… мама…». А 3-летнего Ярослава, похожего, по всеобщему мнению, на ангелочка, отправили в печально известный Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей, структуру все того же краевого минсоцразвития. Там мальчика определили на временную опеку в посёлок Камский, в так называемую семейно-воспитательную группу, попросту говоря, в приют.

В это время мать обивала пороги районного управления минсоцразвития, прося вернуть её детей. И через месяц получила из больницы дочку. Трижды писала заявления о возвращении Ярика, послушно выполнила все требования: прошла с Юлей комиссию для детского сада, отдала девочку в садик, устроилась на официальную постоянную работу, порвала с попивающим отцом детей, нашла соответствующее требованиям опеки жильё… Но мальчика матери не возвращали. Очевидно, в отношении него уже действовали некие иные «ювенальные соображения».

В начале декабря у Ярика в семейно-воспитательной группе каким-то образом оказалась сломана рука. Говорят, это заметили не сразу: ну, жалуется, ну, поболит и перестанет… Через несколько дней ребёнка всё же привезли в больницу, и там врач диагностировал — ну надо же! — перелом. Рассказывают, что доктора рекомендовали положить мальчика на лечение в сопровождении взрослого, тем более, что у малыша параллельно обнаружилось ОРВИ. Однако, кому же тогда сидеть с другими детьми в «семейно-воспитательной группе», где их почти десяток… Уговорили наложить гипс и увезли Ярика назад в Камский.

А дальше ему постепенно становилось всё хуже и хуже. Ярика лечили чем-то, давали какие-то таблетки… Они отчего-то не помогали… Малыш температурил и слабел, и звал сестру и маму… Наконец, 11 декабря воспитатели вызвали «Скорую», которая, увидев состояние Ярика, срочно увезла его в Пермь, в детскую краевую больницу. Мальчика тут же поместили в реанимацию. В лёгких была жидкость, вскоре он перестал дышать, и в тот же день его подключили к аппарату искусственной вентиляции лёгких.

16 декабря Ярик умер, прожив на этом свете 3 года и 8 месяцев. Причиной смерти стал запущенный остеомиелит, то есть гнойно-некротическое воспаление кости и костного мозга, двустороннее воспаление легких и абсцесс.

«Сейчас специалисты разбираются, почему это произошло, и можно ли было это предотвратить», — сообщил краевой министр здравоохранения Дмитрий Матвеев.

«Неприятненько», — сказал в ответ на страшную новость высокий чиновник минсоцразвития Пермского края. Ну ещё бы! Ведь уже на 20 декабря было назначено заседание министерского опекунского совета, где планировалось обсудить лишение Надежды Сырчиковой родительских прав и окончательное изъятие у неё ребёнка.

А сейчас важная деталь. На протяжении последних недель жизни Ярика, прошедших в приюте в посёлке Камский, приют регулярно посещала с проверками служба опеки минсоцразвития. Та самая, что строго стоит на страже прав ребёнка и изымает детей во множестве за недостаток мясных продуктов в морозильной камере холодильника и за печное отопление в доме. Только то, что отнятый у матери бедный мальчик медленно умирал у них под носом, в их собственном учреждении, от сжигающей его изнутри гнойной инфекции опека не заметила.

Почему жизнь мальчика оборвалась, и кто в этом виновен, в краевом минсоцразвития пояснить пермским журналистам не смогли. «Но мы выразили матери свои соболезнования!» — заверили в пресс-службе министерства.

Говорят, в гробу Ярик был ещё больше похож на маленького ангела, смотреть на него и на мать без слёз не мог никто.

Убитая горем Надежда всё же не посмела написать заявление, чтобы провели расследование. Она так боится, что органы опеки отнимут доченьку Юленьку, что даже испугалась общаться с местным отделением Родительского Всероссийского Сопротивления, предложившего ей свою помощь. Впрочем, Следственный комитет сам возбудил по факту гибели ребёнка уголовное дело по статье «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей». Приехал даже какой-то представитель СК из Москвы.

Среди пермских ювенальщиков в связи с этим стоит сейчас большой переполох. Но это не мешает им действовать как всегда продуманно и цинично: сейчас несчастную мать убеждают, что, конечно же, в смерти сына виновата только она сама, — ей ведь ещё предстоит дать об этом правильные показания следователям. И неважно, что последние 4,5 месяца, последние в своей маленькой жизни, Ярик находился в руках у органов опеки. Надежда не возражает, бесконечно плачет и винит себя. Расторопная опека не растерялась и под материнские рыдания об умершем сыне взяла с неё расписку, что претензий к органам опеки минсоцразвития мать не имеет.

И они, конечно же, опять выйдут сухими из воды. Очевидно, одной смерти Ярика мало, и необходимо, чтобы десятки или сотни русских детей погибли при подобных обстоятельствах, чтобы Государственная Дума РФ поставила бы, наконец, вопрос о полном запрете в России изъятия ребёнка у родителей, проделывающих это органах и всех западных ювенальных технологий, убивающих наших детей в переносном и в самом прямом смысле слова.

Роман ЮШКОВ, сотрудник Пермского регионального правозащитного центра

fishki.net

Почему погиб ребенок: doktor_killer

Не рекомендуется к прочтению впечатлительным людям.

Данный пост содержит 2 статьи информационного агенства БНК о гибели 2-х летней Есении Кулановой.

1.

В редакцию агентства БНК обратились родители двухлетней Есении Кулановой. Девочка скончалась 4 марта в ухтинской детской больнице от пневмонии. Родители уверены, что их дочь можно было спасти. Минздрав Коми ситуацию пока не комментирует, ссылаясь на начатую проверку.

В Ухте родители пытаются понять причины гибели своей двухлетней дочери

Фото предоставлено родителями Есении Кулановой

Обращение родителей в агентство БНК мы приводим без исправлений и комментариев:

«4 марта 2017 года в 7.50 утра в реанимации Детской больницы Ухты оборвалась жизнь двухлетней девочки.

1 марта, забрав ребёнка из детского сада, родители обратили внимание на появившийся «нехороший» кашель у малышки. Утром следующего дня мама двухлетней Есении позвонила в Детскую поликлинику, чтобы вызвать педиатра на дом. Но сославшись на чрезмерную загруженность врачей-педиатров, медицинский регистратор предложил женщине привезти ребёнка в поликлинику на осмотр к участковому врачу. Поскольку температура девочки была 36.6, мама приняла данное предложение и привезла малышку на приём.

Осмотр ребёнка осуществлялся не в специализированном кабинете (кабинет дежурного врача), а в комнате отдыха медицинского персонала. Педиатр Кривушенко Анна Сергеевна послушала лёгкие девочки, посмотрела горло, но в сдаче анализов отказала, аргументировав это «ненадобностью». Выписав больничный лист, мама с дочкой отправились домой лечить «обычный» ОРВИ.

В 21.00 этого же дня у маленькой Есении поднялась высокая температура (39.5). Родители дали дочке жаропонижающее (Нурофен), но жар удалось лишь временно сбить до 38 гр. В полночь мама и папа вновь попытались сбить поднявшуюся температуру, дав малышке «Ибуклин» (жаропонижающее). Поскольку у ребёнка началась рвота, родители немедленно вызвали скорую медицинскую помощь.

Приехавший врач опросил родителей, измерил температуру, послушал лёгкие, сделал укол и диагностировал у ребёнка ротовирусную инфекцию. Затем он «в обычном порядке» предложил госпитализацию в Инфекционное отделение ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница» в поселке Шудаяг. Родители «в обычном порядке» подписали отказ. Врач сделал заявку на вызов дежурного врача и рекомендовал пить сорбенты, острую боль снимать «Ношпой» и принимать «Энтерофурил».

4dkqV8QLcxo.jpg

Под утро ребёнок смог немного поспать. Следующий день мама с дочкой ждали врача. Девочка была вялой, не играла, отказалась от еды, но много пила, температура не поднималась выше 37.5.

Вызванный врачом скорой помощи педиатр в течение рабочего дня не явился. Мама позвонила в регистратуру в 18.00, её заверили, что участковый педиатр появится в ближайшее время.

На момент прихода врача у ребёнка были синеющие губки, учащённое дыхание и сердцебиение, сильный кашель. В 18.45 пришла участковый врач-педиатр Кривушенко А. С. Она села рядом с девочкой и, не проведя медицинского осмотра, согласилась с поставленным ранее диагнозом и убедила маму, что такое состояние девочки объясняется «обычной» интоксикацией. Педиатр назначила «Мезим», «Энтерофурил» и сказала снижать высокую температуру жаропонижающими. Врач находилась в квартире не более семи минут. Уходя, Кривушенко А.С. сказала, что завтра мама с дочкой уже пойдут гулять.

В 21.00 у ребёнка поднялась температура 38.5, родители дали «Ибуклин». Состояние малышки ухудшалось на глазах. В 22.35 родители вызвали скорую медицинскую помощь. На момент приезда врача у ребёнка было крайне тяжёлое состояние: холодные ручки и ножки, горячее тело, температура 38, учащённое сердцебиение и дыхание, непрекращающийся кашель и тихие детские стоны.

Врач скорой медицинской помощи незамедлительно провела необходимые медицинские процедуры, и ребёнка оперативно увезли в реанимацию Детской больницы.

Спустя 9 часов, после длительных реанимационных мероприятий в 7.50 утра была констатирована смерть ребёнка. Причина: правосторонняя тотальная пневмония и острая дыхательная недостаточность.

Со слов главврача Детской больницы (г.Ухта) Нуриева М. К., который сам руководил реанимационными мероприятиями, предотвратить гибель было невозможно ни на одном из этапов развития болезни, что объясняется ОСОБЕННОСТЬЮ ОРГАНИЗМА и СУДЬБОЙ. На тот момент Кулановой Есении было лишь 2 года и 4 месяца, она была единственным любимым ребёнком в молодой благополучной семье.

Главный вопрос, который волнует всю семью и близких маленькой Есечки, как в XXI веке здоровый жизнерадостный ребёнок может быть обречен погибнуть от излечимой болезни?»

От редакции:

В настоящее время в Ухтинской детской больнице проводится проверка по обращению родителей двухлетней Есении. Родные девочки обратились сначала в региональный Минздрав, а следом и в Минздрав России. Распоряжение разобраться в ситуации было спущено исполнителям из Москвы и Сыктывкара в Ухтинскую городскую больницу. Результатов пока еще нет. Копии всех обращений и ответов имеются в распоряжении редакции.

В свою очередь запрос на комментарий в Минздрав Коми по ситуации со смертью девочки был отправлен и агентством БНК. В региональном здравоохранительном ведомстве БНК сообщили, что «по фактам, указанным в запросе, в настоящее время проводится внеплановая целевая документарная проверка по соблюдению порядков и стандартов оказания медицинской помощи в Ухтинской детской больнице. Проверка будет завершена в конце апреля 2017 года».

FiwGhIU97NE.jpg

Также родители девочки рассказали БНК, что обратились с просьбой проверить качество лечения дочери и в республиканскую прокуратуру. Среди прочего для обращения им требовалась копия медкарты малышки, получить которую им до сих пор не удалось. По словам папы Есении, запрос на предоставление копии медицинской карты был зарегистрирован еще 24 марта. Причем сделать это удалось только со второй попытки: днем ранее, 23 марта, в больнице родителям прямо предложили вернуться с вопросом о копии медкарты через три месяца.

2.

Проведенная проверка по факту гибели двухлетней Есении Кулановой выявила недоработку участкового врача-педиатра. Родители девочки уверены, что спустя два месяца после смерти дочери еще не все вопросы закрыты. Двухлетняя Есения Куланова скончалась 4 марта в Ухтинской детской больнице после почти девяти часов реанимационных мероприятий.

Проверка по факту гибели от простой инфекции юной ухтинки выявила ошибку участкового педиатра

Есения очень любила играть в доктора. Фото предоставлено семьей Кулановых

4 мая спустя ровно два месяца после смерти своей дочери родители Есении Кулановой получили ответ Минздрава Коми о результатах проведенной проверки. В сообщении, присланном родителям, говорится, что «врач-педиатр не приняла исчерпывающих мер для госпитализации ребенка в стационар с учетом повторных обращений за медицинской помощью и отсутствием явной положительной динамики в состоянии ребенка». Письмо чиновников от медицины адресаты сочли «отпиской» и продолжили задавать вопросы. Потерявшую ребенка семью интересует, приняты ли какие-то меры взыскания к врачу, не обратившему внимания на ухудшение состояния их дочери, когда им станут известны результаты вскрытия и почему Следственный отдел СК РФ по Ухтеузнал о том, что в больнице скончался ребенок, только после публикации статьи в БНК.

bh3uHwKdTJM.jpg

- Но данный ответ создаёт впечатление формального подхода, так как в письме, подписанном и.о. министра здравоохранения Котовой РК, ничего не сказано о принятых мерах, не указаны конкретные фамилии, допущены фактические ошибки, например, дата осмотра врачом-педиатром проводилась 3 марта 2017 года, а указано 3 апреля. Новым ударом для семьи стал тот факт, что Следственный комитет даже и не подозревал о случившейся трагедии, так как руководитель Детской больницы Марат Нуриев не сообщил им об этом. Прошло два месяца, вопросов меньше не стало, наоборот, их прибавилось. Но ответа на них никто не спешит давать. Нашей главной и роковой ошибкой было доверить здоровье единственной дочери «Ухтинской детской больнице» и участковой врачу-педиатру, которая продолжает принимать маленьких пациентов, - написали в редакцию БНК родители девочки.

На сегодняшний день к Министерству здравоохранения РФ, Министерству здравоохранения РК и Федеральной службе в сфере здравоохранения(РОСЗДРАВНАДЗОР) остаются вопросы: когда родителей ознакомят с официальными результатами патологоанатомического исследования.

- По каким причинам родителям до сих пор не выдана копия амбулаторной карты ребёнка, заявление на выдачу которой было подано 23 марта почему амбулаторная карта погибшей 4 марта 2017 года девочки направлена в министерство здравоохранения РК спустя почти 10 дней, соответственно, в истинности записей сомневаться очень уж приходится, - недоумевают родители девочки.

источник

doktor-killer.livejournal.com

"Умер бы все равно": медики не допускают, что в смерти ребенка виновата прививка - Иркутск: статьи

Из-за чего умер семимесячный мальчик из Усть-Орды?

28.02.2018 в 08:11, просмотров: 24580

Страшный случай в поселке Усть-Орда Эхирит-Булагатского района вновь заставил говорить об эффективности работы минздрава в Иркутской области. После плановой прививки против гепатита умер 7-месячный ребенок. Врачи предполагают, что смерть наступила из-за врожденного заболевания сердца, и все комментарии сводят к жесткому «он умер бы все равно». Родители в свою очередь рассказывают о халатном отношении медиков.

Фото: 7ka.tv

Артуру Васильеву было всего 7 месяцев. Он плохо перенес вакцину АКДС (она защищает от дифтерии, столбняка и коклюша), поэтому следующую прививку – от гепатита – ему поставили в щадящем режиме. На следующий день после прививки у малыша началась рвота. Родители вызвали врача, и он выписал лекарства против ротавирусной инфекции. Начали лечение. Но лекарства не помогали.

– Мы обратились к другому педиатру, – рассказывает Надежда Васильева, мама ребенка. – Она обнаружила, что у моего Артура уже нарушился сердечный ритм и увеличилась печень. Артура нужно было срочно спасать. Врач предлагала вызвать врачей медицины катастроф и отправить его в Иркутск на вертолете.

Врачи устроили совещание и решили оставить мальчика в детском отделении районной больницы в Усть-Орде. По словам мамы, там Артуру начали вводить успокоительное – у него резко участился пульс. В реанимацию мальчика перевели только после того, как у него несколько раз неожиданно останавливалось сердце. После четвертой остановки сердца ребенок умер.

– Следствием установлено, что в связи с ухудшением самочувствия мальчика после вакцинации, проведенной 30 января текущего года, мать дважды обращалась в больницу с жалобами на состояние здоровья малыша, – говорит Юлия Крицкая, старший помощник руководителя следственного управления по взаимодействию со СМИ СУ СКР по Иркутской области. – 13 февраля ребенок в критическом состоянии был доставлен в реанимацию, где вскоре скончался. Предварительная причина смерти – миокардит.

Медики среди возможных причин смерти также называют фиброэластоз – чрезмерное разрастание или нарушение роста эластических волокон соединительной ткани в сердце. По их словам, это врожденное заболевание, которое невозможно диагностировать заранее. Точная причина смерти станет известна через месяц, когда появятся результаты гистологии.

Эта трагедия поразила общественность. Неужели уровень медицины в Иркутской области упал настолько низко, что родители маленьких детей после каждого обращения в больницу должны перепроверять диагнозы и подвергать сомнению назначенное лечение? Но и это с трудом возможно – сегодня даже чтобы попасть на первичный осмотр, нужно заранее записаться и отстоять бесконечные очереди.

Елена Голенецкая, заместитель министра здравоохранения Иркутской области, записала видеообращение, в котором призвала СМИ не поднимать панику, «чтобы родители не начали отказываться от прививок, что недопустимо».

– 20-21 февраля в некоторых местных СМИ появилась информация о неблагоприятном исходе заболевания у ребенка, якобы связанном с проведением вакцинации, – комментирует минздрав. – В настоящее время по данному факту региональным минздравом и главными внештатными специалистами-экспертами по профилям проводится служебная проверка. На данный момент заявлять о прямой причинно-следственной связи между вакцинацией и неблагоприятным исходом преждевременно и необоснованно.

baikal.mk.ru


Смотрите также